ЗДЕСЬ ВАМ НЕ РАВНИНА

Альфа-групп и АФК Система: противостояние как путь к развитию

Несколько лет назад, когда компанию МТС возглавлял господин Меламед, на встрече руководства оператора с аналитиками помимо логичных вопросов о показателях-ориентирах для развития бизнеса и прогнозах на будущее зашёл разговор и о планах Мобильных ТелеСистем в области слияний и поглощений. И здесь, говоря об используемых аргументах при принятии решений, среди ожидаемых фраз про оценку перспектив актива и рентабельности инвестиций, Леонид Адольфович озвучил простую, но важную мысль. Суть её сводилась к тому, что оператор может претендовать на какой-либо актив в том числе только для того, чтобы он не достался конкурентам. Что ж, данный фактор действительно всегда приходилось учитывать при рассмотрении сценариев развития разных отраслей, не только телекоммуникационной, с несколькими лидирующими игроками. Когда не весь спектр услуг охвачен, или есть простор для географической экспансии, или не достиг насыщения процесс консолидации сектора, конкуренты одновременно пытаются оторваться друг от друга и не дать этого сделать «противнику». Потому что очередная категория «инструментов», за счёт которых можно организовать отрыв, рано или поздно закончится, и сократить отставание будет крайне сложно – надежда останется лишь на технологические изменения в индустрии, без которых жизнь отрасли связи давно стала бы скучной и предсказуемой.


Полностью - здесь: http://slon.ru/blogs/zakharov/post/259015/

Сейчас понимаю, что, оказываясь в новых для себя местах, всегда испытываю неуловимое ощущение, определяющее, буду ли удовлетворён поездкой, буду ли чувствовать наполненность чем-то новым. Это не связано с длительностью или удалённостью, количеством втиснутых в период пребывания событий или суммой потраченных денег. Это зависит от того, нашёл ли я для новых краёв место в себе. Обрёл ли якорьки, которыми открытые географические пространства будут в дальнейшей жизненной суете цепляться за моё я, за мою душу, за мою судьбу. Наверное, у каждого свои способы уместить новое в своей вселенной, выбрать приоритетное из того, что подсказывают органы чувств. Кто-то «фотографирует» глазами, кому-то важны звуки, другие ловят запахи. Многим нужно в какой-то момент просто остановиться: встать, сесть, лечь и в бесконечной жадной гонке путешествия вспомнить хотя бы, что находишься на отдыхе. Причём такая потребность необязательно привязана к концу поездки: она может возникнуть вдруг в любое время, а может настойчиво сопровождать на протяжении всего путешествия.

Не пренебрегая ничем – видами, звуками, запахами, вкусами – имею свою «фишку». Мне надо впечатления «утоптать»: нужно сколько-нибудь пройти пешком, в своём темпе, как правило, в одиночестве, чтобы шагами утрясти и обточить свои ощущения и мысли, порождённые местом, пусть даже напрямую с ним и не связанные. Если хотите, в каждом месте у меня свой «хадж». А уж какой вид примут такие порывы в географическом плане, и что принесут… Это может быть прогулка по полям Апминстера на северо-востоке Лондона, чтобы промокнуть под дождём насквозь, до обратных билетов в кармане. Это может быть марш-бросок из Каластаяторппы, северо-западного пригорода Хельсинки, в столичный финский Северный порт, чтобы увидеть ледоколы. Это может быть путь по песку восточного побережья острова Маэ на Сейшелах, чтобы размяться, перепрыгивая внезапные преграды на пути в виде впадающих в Индийский океан речушек-ручейков. Или тринадцать километров под рюкзаком в карельских сумерках из Рабочеостровска в Кемь…

Чем-то, какими-то близкими к автоматизму действиями, наши вечера на Камчатке были похожи. По пути домой заходили в ближайший магазинчик, на ходу придумывая, что будем ужинать. Покупали продукты, кухарили, делясь впечатлениями, вспоминая и обсуждая прошедший день и постоянно поднимая темы более глобальные - вплоть до смысла жизни и актуальности современного искусства. Потом, как правило, я сбрасывал на ноут фотографии, кои мы и просматривали. С комментариями, естественно. Но это всё уже дома. А активная вечерняя жизнь нашей дружной компании практически каждый раз была новой. Ведь мы на разное расстояние удалялись от города, получали разные физические нагрузки и, как следствие, усталость. А уж какие шальные идеи взбредут в голову любому из нас четверых, или Родиону, или его родственникам – вообще не предугадать. А именно от этого зависело, что принесёт очередной вечер, и, кстати, очередная ночь тоже.


Фото - Роман Сорокин.

Крепко держась за перила, мы взобрались к главному монументу, выслушали речь экскурсовода, после чего стали спускаться к памятнику батарее №3, причём некоторые в качестве трассы спуска «непроходимой» лестнице предпочли заснеженный склон холма с сугробами по колено. Внизу у самого берега Авачинской бухты глаз радовала скрытая до этого ветвями деревьев картина: спокойная вода океана, сверкающая на солнце, единичные кораблики в бухте, гряда белых гор вдоль горизонта, слева от которых в солнечной дымке возвышался, как будто командуя ими, впервые открывшийся нам после облачности предыдущих дней Вилючинский вулкан. Мы не преминули устроить здесь фотосессию, а кое-кто, видимо, проникнувшись боевым духом этих мест, извалял друг друга в снегу. Дальше пришлось сделать усилие, чтобы взобраться обратно на холм, и после этого, подытоживая массу впечатлений доброй половины дня, явно не мешало подкрепиться.

В начале августа прошлого года восемь ставших очень близкими друг другу людей не спеша шли по неровной грунтовой дороге Большого Соловецкого острова. Мы только вернулись из четырёхдневной волонтёрской экспедиции по заданию Соловецкого музея и, изрядно тупя над отчётом о работе по поиску остатков пушного хозяйства Соловецкого лагеря особого назначения на островах Долгой губы, решили воспользоваться хорошей, солнечной, но ветреной, вечерней погодой и развеяться. На морском берегу в получасе ходьбы от посёлка мы подошли к каменной плите.

«Зри сие. Во время войны Турции, Франции, Англии, Сардинии с Россией здесь был переговор настоятеля архим. А. с английским офицером Антоном Н 22 июня, в среду в 11 час. до полудня по записке начальника неприятельской военной эскадры в Белом море, требовавшего от монастыря быков (записка представлена свят. Синоду). После переговоров, благополучных для обители, настоятель возвратясь в монастырь в 1 час дня, служил в тот день в Успенском соборе литургию и молебны; служба кончилась в 4 час. В ту неделю N дня пост строгий был в обители и скитах и господь в это лето не допустил воюющих нарушить иноков покой, как без милосердия они поступили в 1854 г. А.А.»

Эта достопримечательность Соловков называется Переговорным камнем. Дата описываемых событий – 22 июня 1855 года. Так, довольно неожиданно, встретились мы на бескрайних северных просторах Белого моря с отголоском Крымской войны – тяжёлой страницы отечественной истории, затронувшей все слои русского общества и охватившей невиданные для середины XIX века географические масштабы. Не прошло и полгода, как Крымская война напомнила нам о себе на другом краю света…

А в первый день мы ходили и визуально знакомились с городом, осторожно передвигаясь по скользким «тротуарам» и краю проезжей части. Реагенты тут не используют, если и посыпают, то песком, а он здесь вулканического происхождения, поэтому дороги чёрные, и под ногами всегда чёрно-белая картинка – переплетение-смешение снега, песка и асфальта. За всё время пребывания в городе я упал два раза. В первый и в заключительный день. Сначала на спуске, сделав фотографию, стал на ходу убирать фотоаппарат, поскользнулся и приземлился коленом в светлых джинсах в чёрный песок. Ещё смешнее было, когда мы вышли из дома ехать обратно в аэропорт. Поскользнулся в дворовом проезде, приземлился на тяжеленный чехол от лыж, набитый рыбой, и на то же право колено. Но тут ещё на спине был рюкзак, который съехал на голову, прижал меня к земле, и самостоятельно встать я не мог. Спасибо Роману, который сквозь смех вызволил меня из-под такого «грузового» плена.

Продолжение, "Петропавловск экскурсионный", читаем здесь: http://point.ru/news/stories/21468/

Wi-MAX против LTE: игра на опережение

Когда улицы Москвы заполонили билборды с рекламой бренда, предлагавшего услуги «интернет 4G» от компании Скартел, российские сотовые операторы поморщились, но сделать ничего не смогли. Да, скрытая под маской столь броского названия технология Wi-MAX – это далеко не беспроводная связь четвёртого поколения, как её понимают в мире. Но у нас в стране законодательно зафиксированного термина «4G» не существует, а стало быть, Скартел волен был назвать свой продукт так: ведь кто сказал, что технология, хотя бы по одному параметру превосходящая третье поколение (3G), не может называться «четвёртым поколением»? А услуга, предложенная компанией, как ни крути, стала шагом вперёд по сравнению с непросто запускавшимися «большой тройкой» сетями 3G. По крайней мере, если речь вести о скорости: 3G в виде UMTS при использовании станций HSDPA может давать до 3,6 Мбит/с, в то время как так называемый «мобильный» Wi-MAX стандарта 802.16e-2005 теоретически предоставляет до 30 Мбит/c, а в конкретном случае с «Йотой» - до 10 Мбит/с. Разница в 3 раза всё-таки.

(дальше - здесь: http://slon.ru/blogs/zakharov/post/248416/)

Солнечное утро, развеявшее постоянные сумерки вчерашнего дня и усталость от долгой дороги, наполнило комнату светом. И стоило открыть выспавшиеся, наконец, глаза, как они ловили ощущение радости: радости от хорошей погоды, от недосягаемости тревог и забот, оставшихся в девяти часах западнее, радости от ощущения, что всё ещё, по сути, только начинается. Взгляд обращал внимание на лёгкую изморозь по краю оконного стекла – на улице похолодало, и образовывавшийся на границе тёплой квартиры конденсат застывал. Но тут же подобные мелочи терялись в восторге, который вызывала открывавшаяся за окном картина. Над серым куском непроснувшегося города, над длинным «поездом» суровых пятиэтажек, над идущими в трубах поверх земли коммуникациями, над заснеженным стадиончиком и огороженной бетонным забором воинской частью возвышались горы. А точнее – два огромных, невозмутимых, строгих в острых формах своих скал и прекрасные в белизне снежного покрова вулканы. Вначале ты стоял, полностью поглощённый этой картиной, размышляя, сколько же можно отдать за такой вот вид из окна, а потом, словно очнувшись, бросался за фотоаппаратом в какой-то безнадёжной попытке запечатлеть это сочетание красоты и величия. Картинка на экране окна отодвигала в глубины сознания за ненужностью всю мешавшую ерунду - бытовые вопросы, сложности заселения и длительный перелёт.

Продолжение, "Петропавловск с первого взгляда", читаем здесь: http://point.ru/news/stories/21455/

В новый год как будто запрыгнул с разбега. Официально «заболев» на работе 30 и 31 декабря, упихнул в заключительные дни множество дел. И впервые за несколько лет в крайние пару дней года ездил на машине, несмотря на предновогодний ажиотаж и заносы на дорогах. Грамотный выбор времени и маршрутов позволил свести ущерб от пробок к минимуму, а резина «Пирелли» удержала на дорожном полотне. Всё в те дни было правильно и вовремя. Ещё вечером 29-го посидели душевной компанией в «Граблях» на «Третьяковской». Были Рада, Женечка, Евген, Антон, Таня, Зелей, Землячка с дочкой, да ещё Паша Байдалов вернулся из полуторагодовой командировки в Штаты. Под конец пешком дошли до «Библиотеки Ленина» через влажную пургу столицы. 30-го съездили в Лавру, потом обновили покупками новый «Декатлон» на «Багратионовской», 31-го успел наведаться к родне и докупить снаряжение для поездки на новогодние каникулы, ну, и встретил Новый Год в Люблино.

Наверное, не успел так, как планировал, подвести итоги года в ЖЖ. Был краток и традиционен для себя. Что ещё не сумел написать (в том числе о музыкальных новинках – они не кончились, не думайте ;-) ), переносим на этот год. 2009-й ЖЖ прошёл в любопытном режиме: не с регулярными постами, а большими паузами и сводными текстами, подытоживающими какой-либо период (поездку или просто календарный месяц). Как будет в этом году, зарекаться не стану.

По возвращении в столицу попал под жёсткую акклиматизацию: то ли от недосыпа, то ли от смены климата и воды, то ли просто расслабился, на прошлую неделю проболел, пусть и сделал это на ногах, на работе. В четверг в офисе задолбал всех своим кашлем, и был отправлен после обеда домой. В пятницу, чувствуя, что душный от людей и компьютеров воздух плавит мозг, тоже свалил раньше. Попытку взбодриться предпринял на Старый Новый год, отправившись в кафе Artefaq на выступление «Джаззатора». Заведение оформили за зимний манер, укутав белой материей, вот только не перекрыли ли они этим вентиляцию? Что-то от духоты меня всё время клонило ко сну (или это глинтвейн подействовал?), хотя ребята на сцене снова порадовали. Во многих вещах группа стала звучать солиднее, что ли, даже «мэйнстримово», но и свежести не утратили. Обратил внимание на ещё одно ощущение, которое ловлю на Джаззаторе: смотришь на музыкантов перед концертом или во время его, но между номерами, и ведут они себя скромно, даже стеснительно, робко улыбаясь себе, друг другу и зрителям. Но только начинают играть, и в каждом движении – недюжинная уверенность людей, знающих, что и как надо делать. Каким бы сложным ни был ритмический рисунок, вокальная партия или комбинация аккордов на клавишах – всё чётко, решительно и без тени сомнения. Вызывает уважение, скажу я вам.

Не добившись радикальных подвижек в деле излечения собственного организма, решил действовать «по бразильской системе»: объявил у себя на воскресенье большой сбор гостей. Мол, всё, деваться некуда: в субботу нужно делать капитальную уборку, в воскресенье встречать гостей, организму придётся выздоравливать. И сработало! Тринадцать человек, главной из которых была Таисия трёх недель от роду, по-моему, прекрасно провели время, хотя особо и не вспомнишь, чем занимались: смотрели фотографии, рассказывали истории, играли на гитаре, просто веселились. Потом обнаружили: не считая пары бутылок пива, выпитых ещё до того, как все собрались и сели за стол, спиртного не было! А компания подобралась своеобразной. Даже если я назову её «адыгейско-таманско-соловецко-зубро-северноветровой», это не опишет всех собравшихся. Первые гости собрались к трём часам дня, приняв основное участие в готовке. Крайние гости разбрелись в первом часу ночи, перемыв посуду. Что оставалось делать мне, наполненному ощущением радости от весёлого сборища столь разных людей? Я просто лёг спать :-)

P.S. Ладно-ладно, не надо меня обвинять, что я вам тут ерундой зубы заговариваю. Будут рассказы про Камчатку, будут, вот-вот. ;-)

Прошедшие выходные начались… в четверг вечером. Хотя можно считать и с вечера понедельника, когда у меня были гости. А в четверг был предновогодний корпоратив. Сиё мероприятие не было ничем примечательно: сидели в ресторане на Сретенке, ели, пили, пели караоке, танцевали. Танцы получились сносными, всё остальное – так себе. Домой я добрался в первом часу ночи, а спать лёг в семь утра. Всё это время прошло под девизом «Освой Adobe Illustrator за ночь» - так мы готовились к отмечанию дня рождения нашей «адыгейской» Ольги, делали подарок своими руками. По причине корпоратива в пятницу на работу разрешалось прийти к десяти утра (а не к девяти, как положено). Урвав три часа на сон, к половине одиннадцатого добрёл до офиса.

Где-то на заре двухтысячных наткнулся по телевизору на очередную серию какой-то из телеэпопей про питерских ментов. По сюжету ехали они в командировку в Штаты, и там некий давно эмигрировавший персонаж-соотечественник спрашивает у героя Хабенского: «Ну, как там, в России? – Было у нас две беды, теперь ещё и хоккей», - последовал ответ. Ничего не помню про ту серию, но данная фраза зацепила меня сразу. Это явно было после позорного питерского чемпионата мира по хоккею 2000 года. И со всей ясностью открылось, что ожидание хоккейных баталий нашей сборной с предвкушением успеха давно сменилось опасливостью, сомнениями, неуверенностью в игроках, тренерах, болельщиках и стране и желанием «как бы так краем глаза посмотреть игру, чтобы не успеть испереживаться», а то и вовсе малодушно выключить телевизор, чтобы услышанный в новостях результат принёс «страданий» не больше, чем укол в поликлинике – раз, и всё. И вот так полтора десятка лет с прогрессирующим типичным проявлением пораженческой психологии.